В дополнение к этому блогу создан сайт "МАЛЕНЬКИЕ ХИТРОСТИ ПОРТНЯЖНОГО РЕМЕСЛА".

понедельник, 16 июля 2018 г.

Развитие моды в Москве 1850-1900 г.

Краткая публикация автореферата автора: Ермаковой Ксении Валентиновны
Костюм в повседневной жизни москвичей
второй половины XIX в.

История костюма - это история культуры в самом широком
смысле этого слова Все, чего смогло достичь человечество в разных
сферах деятельности, нашло свое отражение в одежде Костюм дает
представление о культурных и экономических контактах народа, его
эстетических идеалах и обычаях
/Кирсанова Р М Русский костюм и быт ХѴІІІ-ХІХ веков/

Остановимся на одном из аспектов культурной биографии
вещей - роли и значимости одежды в московском обществе второй
половины XIX - начала XX вв
С костюмом тесно взаимосвязаны понятия «мода» и «обычай»
От слова «обычай» (лат «consuetude», француз «costum», итал
«costume», англ «custom») происходит само слово «костюм»,
включающий в себя как сам комплекс одежды, так и прическу, грим,
обувь, аксессуары. Изменение форм костюма ассоциируется со
словом «мода». Исторически в разных языках слова «обычай» и
«мода» были взаимосвязаны, но с течением времени превратились в
противоположные понятия.
Из истории модв, все знают,что ее первые ростки появились в эпоху Возрождения, затем в XVIII в она стала влиять на поведение узких кругов знати. И только в XIX в сформировались необходимые социальные факторы,которые определелили распространение моды в масштабе массовой культуры.
Среди них главные: промышленная революция с ее техническими
нововведениями, политические перестановки, ломка сословий,
изменение межнациональных и межрегиональных границ,
трансформация социально-экономической и общественной жизни.
Таким образом, с этого времени мода превращается в одну из важных
форм социальной регуляции поведения различных слоев населения.
По мнению французского философа Ж Бодрийяра, мода,
изменяющаяся каждый сезон, развитие массового производства,
возрастающая скорость товарообмена в индустриальной культуре
изменят биографии вещей, сократив продолжительность их жизни.
Это оказалось верным по отношению к западной культуре, где вещи,
одежда обувь, бытовая утварь уже давно действуют в рамках
концепции новизны.
Развитие русской культуры потребления отличалось от этой
модели. Вплоть до середины XIX в устройство русского общества
было сословным, с жесткими регламентами и четкими предписаниями
в отношении элементов быта. Николай I постоянно уточнял
классификацию подданных, вводя дополнения в существующие
униформы. Таким образом, общество разделялось на отдельные
социальные среды , где вопросы моды были предопределены. Она
оставалась прерогативой узкого слоя населения.


С приходом к власти императора Александра II начался
период реформ и преобразований всех сторон государственной и
общественной жизни. После крестьянской реформы 1861 г вместе с
социальным освобождением пришло духовное раскрепощение народа,
усилился процесс демократизации культуры. Огромное значение имел
научно-технический прогресс, ускорился процесс вхождения русской
культуры в общемировую.
Однако сближение и взаимовлияние русской и западной
культур остро поставили вопрос о сущности русской национальной и
культурной идентичности. В этих условиях вопросы одежды, пищи, стиля языка приобрели особый смысл, став фактором
самоутверждения и самоидентификации.

На языке предметов противостояние моды и обычая, отразило
ключевую проблему русской истории XIX в - схватку двух
различных миров западноевропейской культуры высших классов и
культуры русского крестьянства, соперничество Петербурга и
Москвы. Комплексное взаимодействие между этими социальными
средами имело значительное влияние на национальное самосознание,
все виды искусства и костюм XIX в.

Со второй половины XIX в Москва, издавна считавшаяся
средоточием традиционных русских начал и кардинально
отличавшаяся от Запада, начинает превращаться в один из наиболее
быстро развивающихся капиталистических городов мира. В то же
время европейские новшества попадали в общество с традиционной
религией и сложившимися обычаями, а потому неизбежно
подвергались изменениям, адаптируясь к определенной психологии и
внутренним стандартам города.


Все ниженаписанное затрагивает период 1850 - 1900-е гг и проанализировано на основании:
произведений: М Н Загоскина «Москва и москвичи», «Купеческая свадьба»,
роман П Д Боборыкина «Китай-город»,тема
романа - оскудение дворянства и зарождение русской буржуазии в 70-
х гг XIX ,так же общественный образ купечества ярко отображен в пьесах
А Н Островского.Среди авторов, в творчестве которых особое место занимает«московская тема», следует назвать А П Чехова ,а так же
Л Н Толстого «Анна Каренина» и др.
+мемуарная литература.


В очерках В. А. Гиляровского «Москва и москвичи» можно
найти описания студентов из «Латинского квартала», банщиков,
трактирщиков, парикмахеров и обитателей московских трущоб.
Так же источником стало творчество художников-
передвижников 70-90-х гг И.М. Прянишникова, А. Е. Архипова,
Н. А. Ярошенко, И. Е. Репина, и особенно В. Е .Маковского.


В конце XIX в в модных журналах стали появляться фотографии. В отличие от картинок фотоматериалы более реалистичны Костюмы на них имеют более простой крой и сшиты из обычных материалов
В целом анализ литературы показывает, что сведения об
одежде москвичей второй половины XIX в отрывочны и
беспорядочно разбросаны по массиву изданий.


В истории русского костюма имело место уникальное явление,
когда запрет на национальный костюм исходил не от завоевателя,
навязывающего свою бытовую культуру побежденному народу, а от
законного государя.


Со времен Петра I аристократия вынуждена была
изучать иностранные манеры, как иностранный язык, при помощи
постоянной имитации и подражания западным образцам. Модный
внешний вид был залогом успеха и «кодексом чести».
Согласно европейской моде мужской костюм должен был
быть деловым, практичным, удобным, но строгим и солидным,
соответствующим положению Мужская одежда становится
однообразной.
В 50-х гг создается стандарт мужского делового и
повседневного костюма, впоследствии незначительно меняющегося за
счет мелких деталей. Основным становится костюм с сюртуком или
пиджаком, жилетом и брюками, фасоны, цвета и отделка которых
задаются модой .Строгий по цвету и фасону мужской костюм
разнообразили только мелочи галстуки, драгоценные булавки,
запонки, часовые цепочки, головные уборы, трости, зонтики и др.
Главные перемены измерялись сантиметрами, сменой положения
плечевого шва, количеством пуговиц и т д .В целом мужской костюм
второй половины XIX в мало подвергался изменениям.
Единообразие форм оставляло ограниченные возможности для индивидуализации костюма, но принцип иерархии проявлялся в покрое, качестве материала, в мастерстве пошива. Отличия могли
сказаться в чудачестве или в проявлении консервативного вкуса.

Для женщин успех в жизни означал удачное замужество.
Поэтому главной целью женского наряда было привлечь внимание.
Вся светская жизнь держалась на женской красоте, уме и обаянии.
Умение разбираться в тканях, цветах, фасонах, парфюме и косметике,
кроме того, начитанность, знание языков, навыки игры на
музыкальных инструментах становились нормой для дамы высшего
общества.



Модные формы женского платья, далекие от какой-либо
практичности отличались чрезмерной декоративностью, рассчитанной
на броский эффект. При всей разностильности женских нарядов XIX
в их неизменный атрибут - широкие длинные юбки. Главной темой
моды была декорация. Юбки покрывались рисунками цветочных
гирлянд и букетов, расшивались тесьмой, галуном, кружевом,
узорными лентами, бархатными отделками, воланами и
драпировками. На пошив платья расходовалось не меньше десятка
аршин материи, что требовало значительных денежных затрат.
Кутюрье Парижа - лидера в индустрии моды, изобретали бесконечное
количество форм одежды, разграничивая ее не только по сезонам и
назначению, но и по часам дня.


На смену огромным кринолинам в 70-х гг пришла мода на
громоздкие турнюры и драпировки, которые, меняя местоположение,
оставались в моде на протяжении всего XIX в. Другим постоянным
элементом был корсет, менявший форму от десятилетия к
десятилетию и, наконец, пришедший к причудливой форме буквы S
Подлинный идеал силуэта модерна остался только на рисунках
художников, поскольку женщины не пошли на сознательный перелом
спины.


С конца XIX в одежда стала анализироваться на соответствие
санитарно-гигиеническим требованиям. Начинается движение за
функциональность. Медики критиковали многие элементы женского
туалета. Среди них - длинные, пышные юбки с кринолинами и
шлейфами, обременяющие тело большим весом, собирающие грязь с
улиц и служащие переносчиками болезней. Но более всего
осуждались корсеты, деформирующие спину и внутренние органы,
препятствующие нормальному дыханию, и как следствие
вызывающие малокровие, чахотку, неврастении и нервные болезни,
которыми так знаменит XIX в.
Женская обувь с высокими каблуками
и узкими носками, шившаяся долгое время одинаковой для левой и
правой ног, добавляла неустойчивости и деформировала ноги.


Мода начала XX в также пропагандировала нездоровую
худобу и бледность. Мотивы манерной усталости, изящной немощи,
медленного умирания и хрупкости стиля модерн в продолжение XIX
в сделали «популярными» характерные болезни - нервные
расстройства, головные боли.
Художники в тесном сотрудничестве с медиками старались
проектировать удобные платья и даже спортивные костюмы, но
красотой и изысканностью они не отличались. Поэтому основными
пользователями реформированных платьев стали гувернантки и
передовые женщины.


Для высшего света главным критерием оценки оставалась
модная красота. Вещь выбиралась не как совокупность полезных
свойств и качеств, но как образ, статус, набор виртуальных
характеристик, определяющих социальное положение Все неудобства
компенсировались модностью и престижностью.
Тем не менее, в отношении костюма русской женщине повезло
больше западной. Французская мода пришла сравнительно поздно,
после реформ Петра I, а до того законодательницей русской моды
была Византия с ее «постнической идеей» и свободной сорочкой до
пят с широкими и длинными рукавами. Кроме того, после войны 1812
г на волне патриотического подъема в России возросла популярность
различных стилизованных крестьянских форм одежды, и дамы
высшего света появлялись на балах в свободных платьях-сарафанах.

Помимо модных западных тенденций, внешний
Облик аристократической Москвы зависел от объективных внешних
условий московской среды, и в этой связи затрагиваются проблемы
пореформенных изменений в благоустройстве города, в торговле и
легкой промышленности.


Главная «расхожая» торговля Москвы была сосредоточена в
«городе», состоящем из трех улиц Никольской, Ильинки и Варварки.
Тут можно было приобрести все по более низкой цене Модные
товары продавали на популярной Ножовой линии. Основными
районами модной индустрии были Кузнецкий мост, Петровка,
Столешников и Газетный переулки, Тверская. В то время как
большинство торговых лавок продолжало использовать вывески с
неграмотными надписями и картинками, изображавшими сущность
торгового предприятия, Светскость этих «районов» отражалась в
использовании на вывесках галлицированных имен и названий
зарубежных фирм. Нерусское имя или возможность похвалиться
близостью к императорскому двору («Поставщик Двора Его
величества») повышали престижность заведения .
Стремясь привлечьпосетителей, под французскими вывесками работали и русские мастера.

Хотя список магазинов Кузнецкого моста все время умножался
и в Москве быстро распространялись заведения, связанные с
удовлетворением потребностей «шика», во второй половине XIX в
готового платья фабричного пошива еще не существует.Первые
фабрики появились только перед первой мировой войной, а до того
готовое платье производилось кустарным способом в мастерских с
невысоким техническим оснащением.

В Европе в XIX в благодаря изобретениям французской
жаккардовой машины 1808 г, американской швейной машинки Э Хоу
1845 г, предшественницы известной зингеровской машинки 1850 г, -
стало возможным изготовление сложных тканей и появление
промышленного производства готовой одежды. Постепенно и в
портновском промысле Москвы из массы мелких заведений
выделяются крупные швейные мастерские, налаживающие
производство готового платья - конфекциона .Но до массового
изготовления готовой одежды в Москве было еще далеко.
Заказывать одежду за границей или покупать готовые
иностранные наряды в таких магазинах, как «Виль де Лион» на
Кузнецком мосту, Ю Шлезингера на Большой Дмитровке, было
дешевле, чем шить в Москве. Но когда в 80-х гг XIX в цены на
заграничную одежду сильно выросли, иметь модельное дело стало
выгодно и в Москве открылось множество швейных мастерских.
Однако количество копируемых модных образцов было
ограниченным. Неповторимость костюма целиком зависела от
мастерства портнихи, и платье создавалось как произведение
искусства, подчеркивающее принадлежность к высшей «касте».
Новое модное платье стоило баснословных сумм.Поэтому
даже среди московских барынь существовал обычай: за неимением
собственных эксклюзивных вещей брать платья и украшения
напрокат. Хотя некоторые наряды, появляясь по очереди то на той, то
на другой особе, приобрели всеобщую известность, гости, одетые
богаче других, пользовались знаками особого внимания и
предпочтения. Мода требовала постоянной смены нарядов, и чтобы
прилично выглядеть, даже богатые женщины старались сэкономить и
по-новому переделать у модистки старое платье, как, например, жена
статского советника Анна Каренина .

Оригинальность костюма московского дворянства определялась еще и тем, что помимо европейской моды на него оказывали влияние особенности быта русской провинции,поскольку московская аристократия была продолжением провинциального дворянства, проводившего все теплые месяцы в деревне и приезжавшего в Москву только на осенне-зимний сезон балов.


В отсутствие развитой деловой культуры Москва
существовала как город эксцентриков. Здесь была страсть к
чудачествам, когда дворянин мог нарядиться в женское модное платье
или пойти на паперть в костюме нищенки .Кроме того, после войны
1812 г все элементы русского крестьянского быта получили новое
патриотическое значение. Крестьянский кафтан поддевка надолго
поселился в гардеробе дворянина в форме домашнего халата, который
не снимали даже днем, принимая гостей. Халат также стал символом
особой русской барственности, получившей название — обломовщина.


Весь быт и костюмный облик дворянина базировался на
постоянном труде слуг, окружавших его с раннего детства.
В XIX веке сформировался своеобразный ностальгический культ няни
и детства, поскольку общество требовало от дворянских детей раннего
взросления. Этой цели служила и детская одежда, которую шили по
подобию взрослой или перешивали из старых взрослых вещей
Вплоть до революции особую социальную роль кормилицы подчеркивал ее костюм в русском стиле - сарафан, кокошник, белый фартук.
Костюм остальной женской прислуги составляли закрытые
скромные платья, сшитые близко к моде, но без турнюров и шлейфов,
фартук, чепец и наколка. Часто одежда горничным, экономкам
перепадала с барского плеча.

До 1861 года прислуга состояла большей частью из
крепостных, отпущенных в город по оброку. В середине XIX в еще
действовала «Табель экипажам и ливреям по различию чинов»,
грозившая хозяевам, одевавшим слуг «не по чину», штрафом или
арестом до трех месяцев.
После отмены крепостного права быт дворянских семей упростился.
В целом общеевропейские модные тенденции в быту и
костюме оставались нормой для аристократии. Хотя к началу XX в
тысячи дворян потеряли свои родовые гнезда и принуждены были
искать заработка, который для них, не подготовленных к какой-либо
профессии, находился редко, их внешний облик отражал стремление,
не смотря ни на что, одеваться достойно, сохраняя отличительные
манеры благородного сословия.

Московское купечество до реформы 1861 г замкнуто жило
своими духовными и материальными интересами на узких улочках
Замоскворечья. Внешность купцов, с их длиннополыми кафтанами и
бородами, была напоминанием о крестьянстве, из которого многие
были выходцами Бородатый купец в русской рубашке, чуйке был
обычной московской фигурой.
Но уже в третьей четверти XIX столетия купца назовут
фигурой, определяющей жизнь в Москве.

Культурная элита относилась к торговцам и коммерсантам с
презрением. Московская аристократия не допускала их в свою среду.
Возымев неприязнь к аристократии взаимно, некоторые купцы
сознательно подчеркивали народное направление в одежде в знак
гордости за свое сословие.
На смену старому консервативному купечеству постепенно
пришло поколение полностью европеизированное. Эти купцы стали
носить сюртуки из темного сукна, брюки навыпуск, модные жилеты,
рубашки, галстуки, полудлинные стрижки волос. Бороды перестали
быть отличительным признаком купца, поскольку вошли в моду у
мужчин всех сословий.

К началу XX в. разница в платье между старшими и младшими
поколениями купцов несколько сгладилась. Кафтаны, поддевки,
длиннополые сюртуки стали заменяться пиджаками, короткими
сюртуками, фраками. Обычай носить с возрастом традиционный
купеческий костюм как более солидный уходит, но и мундирное
платье, одетое без крайней необходимости, считалось дурным тоном.
Купцы-нувориши старались не отставать от дворянской
аристократии. Они сами носили модное платье, наряжали жен и
дочерей как светских дам. Следуя модным журналам, московские
купчихи к и без того пышным и сверх украшенным платьям от себя
добавляли бантов, бахромы, кружев. К глубоко декольтированным
бальным нарядам, тесно облегавшим крупные фигуры, надевались
жемчуга, бриллианты, многоцветные перстни.
Некоторые особенности купеческого стиля оставались
неизменными.
При модном костюме сохранялись старинные русские
украшения и обычай, запрещающий замужним женщинам появляться
на люди простоволосой Характерной прической были промасленные
волосы, расчесанные на прямой пробор, но делались и модные
прически в парикмахерских .Волосы прикрывались у замужних
шелковым золотошвейным платком, уложенным «головкой».
Прическу украшали сетки, вышедшие из моды наколки. Все это
сочеталось с модным платьем, купленным на Кузнецком мосту, в
Гостином дворе, а то и выписанным из Парижа .Ультрамодные платья
с увеличенным турнюром, драпированными юбками и шлейфом
носили только жены и дочери крупных буржуа, банковских дельцов и
фабрикантов . Даже при достаточно элегантном модном костюме,
излишняя отделка выдавала происхождение.

Помимо роскошных нарядов жен и дочерей, богатые купцы,
получив возможность в 70-90-х гг держать ливрейную прислугу,
стремились превзойти дворянство, переманивая к себе бывших
барских слуг, знающих аристократические правила и умеющих
придать дому нужный тон.
Но в целом, несмотря на быстрое и успешное развитие
торгово-промышленного класса, купечество переняло европейские
модные порядки и костюм только к концу века .Моде следовало
меньшинство - владельцы фабрик и заводов, богатые купеческие
роды, связанные с внутренней и внешней торговлей, финансовыми
капиталами. Осторожное отношение к моде сохранялось в купеческой
среде. Степенные купцы не торопились ей следовать, низшее и
среднее купечество носило деревенское, мещанское, традиционно
купеческое платье, но не модное.
Интеллигенция видела свой нравственный долг в просвещении
народа, служении ему. В знак солидарности с крестьянством в обиход
интеллигенции вводились ситцевые или полотняные рубахи-
косоворотки с узким поясом, брюки, заправленные в сапоги, поддевки
и др.
В период между 1861 и 1885 гг, когда форменная одежда для
высших учебных заведений была отменена, костюм революционно
настроенных студентов, составили широкополые черные шляпы,
блузы или темные косоворотки под пиджаком, длинные до плеч
волосы, борода и усы, синие или дымчатые очки, дубинки из
можжевельника в руках и пледы на плечах.
Вызовом обществу стал внешний облик эмансипированных
«новых женщин», которые отрезали волосы, вооружились очками,
отвергли корсеты, претенциозные украшения, громоздкие кринолины
и турнюры и надели блузы «гарибальдийки», кофты с жесткими
стойками, простые юбки, мужские свободные куртки, жилеты и блузы
с галстуком. Свобода в выборе костюма была равнозначна борьбе за
право на образование, свободу от принудительных браков и т .д .
К началу XX в сложился новый тип женщины, наравне с мужчинами
борющейся за свои права. Костюм критически осмысливался
феминистками с точки зрения функциональности и удобства.
Дворяне-интеллигенты одевались по моде, но просто и
добротно, в соответствии с достатком, пользуясь услугами
московских магазинов или покупая товары за границей .Средние и
бедные слои интеллигенции одевались скромнее, лишь в самом общем
виде отражая образцы «высокой» моды.
Простота в костюме интеллигенции была связана и с тем, что с
каждым десятилетием увеличивалась численность разночинцев,
сочетавших ремесла с творческой деятельностью. Бедность приучала
к бережливости и экономии, прививала навыки переделки вещей.
Навыки ремонта и самостоятельного производства вещей были характерны для разночинной интеллигенции, тем более что наряду с получившими официальное образование в этой среде появилось немало крестьян-самоучек, несших привычки к простой и дешевой одежде.
Мода как социальное явление, рассчитанное прежде всего на
молодежь, не могла найти в пореформенной Москве много сторонников.
Нигилизм интеллигенции в костюме проявился в бойкотировании моды, отрицании светских условностей, в стремлении к простоте и удобству, свойственных одежде рабочих,крестьян, ремесленников.
Хотя средние слои в подражание высшему обществу ориентировались на модный европейский костюм, основная стратегия этого социального слоя - подражание и копирование стиля высших классов Отсюда понятие «мещанский вкус» - попытка не слишком состоятельных горожан дешевыми средствами подделаться под буржуазную роскошь Использовались любые способы приобретения одежды, в том числе походы на Толкучий рынок.
Отсутствие массового производства одежды и высокая
ценность качественных предметов гардероба помогала налаживать
взаимовыгодные контакты. Например, портной расплачивался с
врачом за услуги пошивом нового костюма. Подобный «договор
товарообмена» мог заключаться также с лицами духовных званий.
Помимо сделок с портными, одним из важных способов
добывания модных вещей были распродажи по сниженным ценам на
«Фоминой неделе». В суматохе распродаж покупатель часто
сталкивался с проблемами карманных краж и нечестностью
поставщиков, продававших подделки и брак Добиться обмена вещи
оказывалось трудно, а потому новые вещи часто приходилось чинить.
По воспоминаниям современников Н П Розанова, А П Чехова,
недорого купить качественные вещи в Москве было не просто,
поэтому родные неоднократно просили А П Чехова приобрести
различные мелочи за границей.
Нередко шитые в кредит, переделанные и отремонтированные,
сопровождающие человека долгие годы предметы одежды
становились частью личной жизни хозяина, поэтому отношение к
вещам в мещанской среде было трепетным и «душевным». При
быстрой порче имущества расставание с вещами оборачивалось
серьезной утратой, но в этом случае на помощь обывателю приходили
многочисленные мастерские по ремонту одежды, обуви, где
потерявшую свойства вещь чинили, подгоняли и приспосабливали в
соответствии с желанием клиента. Распространенным способом
преодоления короткого века вещи являлись штопка и штуковка, за
которые неплохо платили.

Для портных и мастеровых самым деловым временем был Великий пост,
поскольку считалось обычаем обновить на Пасху одежду. Если вещь
уже нельзя было починить или переделать, ее все равно не
выбрасывали, а передавали старьевщикам, игравшим важную роль в
дальнейшей биографии вещи.
В целом средние слои Москвы не имели возможностей
постоянно следовать модным изменениям. Часто приходилось
довольствоваться тем, что однажды удалось достать .Хотя в большей
степени это относилось к работникам, приехавшим из провинций, у
которых вплоть до начала XX в сохранялась привычка к крестьянской
одежде - рубахам-косовороткам, брюкам, заправленным в сапоги,
армякам, поддевкам, чуйкам и сибиркам.

Блошиные рынки в Москве не только были рабочими местами
и притонами нищих, но и являлись важным показателем отношения
москвичей к вещам. Несмотря на дешевизну, и сомнительное происхождение, на этом рынке можно было совершить удачную
покупку, хоть и немного подержанную, но из хорошего материала и
приличного вида . Характерно, что такими рынками не брезговали
воспользоваться и достаточно обеспеченные москвичи. На Сухаревке,
где сбывали краденое, можно было обнаружить свои пропавшие вещи.
На Толкучке можно было одеться с ног до головы.
Воровство одежды было распространенным явлением. Крали с
вешалок в гардеробных, отлаженные технологии кражи одежды
существовали в банях. Можно сказать, что грабеж был своего рода
способом продления жизни вещей. Благодаря нищим-портным и
блошиным рынкам вещи легко находили новых хозяев.
В целом, различные социально-экономические факторы
способствовали появлению неимущих людей. Общее их количество на
переломе веков только увеличивалось .Но в Москве - центре русского
православия, нищенство имело еще и религиозную основу
костюм нищего-«промышленника» представлял собой не просто живописные лохмотья, оставшиеся из прошлой жизни или добытые на дешевых московских рынках.

Помимо чисто утилитарной функции, этот костюм имел свою
эстетику и символическое значение, а также служил
«профессиональной» одеждой, зависящей от создаваемого образа.
По экономическим показателям Москва вступила в XX в
как лидер капиталистического развития России и в течение
шестидесяти лет до революции произошли существенные изменения в
материальной среде города и во внешнем облике москвичей. Однако
прогрессивная политика столицы, модные современные манеры и
новые технологии не смогли вытеснить патриархальных традиций.
Консерватизм, традиционность Москвы оказали влияние и
на отношение к моде. Согласно выработанной теоретиками моды
концепции «эффекта просачивания вниз» господствующий класс -
элита, после распространения культурных образцов, обозначающих их
социальный статус, вниз к другим классам и слоям, устремляется за
новыми модами с целью обозначить и сохранить свою групповую
идентичность. Более низшие в свою очередь постоянно стремятся
овладеть стилем высших классов не только по причине естественного
желания улучшить свое положение, но и вследствие престижа,
которым обладает элита.
В московской культуре этого не произошло. Несмотря на
увеличение к началу XX в количества модных магазинов и
мастерских, возможностью пользоваться их услугами обладал
немногочисленный слой обеспеченных людей. Мода
оставалась прерогативой высших классов.

Сословность одежды оставалась значительным элементом
московской культуры. Умение носить модный костюм, знание
соответствия различных деталей ситуациям и правилам поведения
приобретались только воспитанием. Поэтому модное платье,
соответствовавшее ситуации и манере держаться, достаточно четко
определяли социальную принадлежность владельца.
>

Развитие моды в России оказалось задержано Октябрьской
революцией, которая изменила взгляд на нормы внешнего облика
человека. Признаком хорошего вкуса стали скромность и «простота».
Атрибуты щегольства как символы праздности, барства и безделья
исчезли. Костюм стал простым и случайным. Старая одежда еще
больше комбинировалась, донашивалась, приспосабливалась.
Таким образом, можно утверждать, что западная этика моды и
культуры потребления, ориентированная на утилитарное
использование, постоянное обновление и легкое расставание с
вещами, к началу XX в не получила широкого распространения в
массе населения Москвы. В то же время консерватизм, практики
ремонта, привычки к длительному хранению, передаче вещей
знакомым часто встречаются и в современной московской жизни.
-----------------------------------------------------------
Сопутствующие страницы в блоге:
Мужской халат 19 в.Или: домашняя одежда мужчин 19 в.Крой,Подлинники.История.
К истории производства одежды 19-20 в .Алешина Т.С.
Костюм в России XV-нач - XX в. Книга.Иллюстрации из неё.
История Российской гвардии со времен Петра и далее
История моды России с 17 в.Статьи,источники,интересное
Кутузов.История.Высказывания.

Комментариев нет:

Отправить комментарий